Стеклянный город


      Эрна вздрогнула, когда мы столкнулись с ней в коридоре.

- Ты как будто меня боишься? - спросил я с досадой.

Мне было понятно, что дрожали жена Карлоса и его дочери, но сама Эрна!

- Я тебя не боюсь, просто не ожидала.

- Что я живой?

- Ну что ты говоришь!

Рука у нее была совсем холодная, безжизненная, она выскользнула из моей руки.

- Ты торопишься куда-то?

- Да, извини...

Еще вчера всё было так прекрасно...

Кир лежал на моей кровати, я накормил его до отвала, чтоб он поскорей восстановил растраченные силы.

- Я помогал тебе всегда, - поведывал он, - я был создан для тебя. Но враги не дремлют! Твоего деда убили, и ты не успел узнать мою тайну. Я ждал, пока ты догадаешься, но ты сбежал от меня, я попал в чужие руки, а потом вообще началась война. Я понял, что ты можешь вернуться ко мне только с войском.

- Ты хочешь сказать…

- Конечно, ты на него не похож. Я им это внушил.

- Ты?!

Кир посмотрел на меня, как всегда, невинно.

- Если быть точным, то мы все. Мы. Песок. Ваши мастера называют нас - Морох.

И я понял, что не Бог меня любит, а кое-кто другой. И никакой я не великий полководец!

- Откуда вы взялись? – спросил я.

- Ты не поймешь. Я не знаю, на каком языке тебе это объяснить.

- На любом. Как-нибудь.

- Нет, Бриан. Не сейчас. Сначала я буду долго тебя учить. Извини, но ты хоть знаешь, что Земля круглая?

- Вот только этого еще не хватало! – развел я руками возмущенно, - и так проблем по горло, а тут еще с земли того и гляди свалишься!

Оставив его отдыхать, я наконец пошел к брату Клавдию и предложил ему напиться. Он уже начал обижаться, что я про него забыл и, конечно, не отказался. Проснулись мы потом поздно, и то потому, что разбудил гонец от Кастора Железной Лапы, тот срочно требовал помощи.

Я долго и подробно его расспрашивал и совсем забыл про Амильо Алонского, с которым собирался крупно поговорить. Этот любитель пырнуть ножом заинтересовал меня так, что дальше некуда: врал мне всю дорогу, прятал свою жену, приходил меня убить, сам разобрался с пленным инквизитором… Куда он, черт бы его побрал, подевался?!

Впрочем, искать его мне было некогда. Я начал готовиться к выступлению. До обеда мы совещались, кому идти, кому задержаться. На кого-то надо было оставить город, но уж не на Алонского, это точно! Решение я отложил на вечер, мне хотелось сначала с ним поговорить.

Стемнело быстро. За окнами летел снег, быстро, наискосок, погода портилась. Думать ни о чем не хотелось, только ходить вдоль этих окон по длинному коридору взад-вперед, сложив руки, стиснув зубы, отмеряя шаги. Зря Брисли-Рыжий уехал! Я бы с ним поменялся. Назад бы! В келью! К братьям монахам! Накостылять им по зубам и успокоиться...

Еще через час я не выдержал и пошел к Эрне, чтобы выяснить всё раз и навсегда. Нет так нет. Пусть скажет прямо! Не нужны мне эти вежливые отказы, опущенные глаза и холодные губы. И агонии не нужно.

Я был настроен решительно, но меня опередили. Пропавший было герцог Алонский тоже направлялся к Эрне и вошел к ней прежде меня спокойно и уверенно. Я не удивился, у меня не было сомнений, что они знают друг друга и довольно неплохо: Эрна слишком сильно его ненавидела. Тем интересней было послушать, о чем они говорят. Но они молчали.

Не знаю, сколько я стоял под дверью, пока молчанье не показалось мне подозрительным и даже страшным. Уж не прихватил ли с собой этот отчаянный мститель еще один нож?! Я испугался! Я вошел, вбежал, ворвался к ней в комнату. И остолбенел.

Алонский не нападал на Эрну и не угрожал ей, он целовал ее так самозабвенно, что даже меня не заметил. Задохнувшись от возмущения, я поднял стул и грохнул им об пол, чтобы заявить о своем присутствии.

Немая сцена продолжалась долго. Эрна смотрела с ужасом, Алонский – с вызовом, а я сам не знаю как, всё смешалось у меня в голове. И всё рухнуло. Так мы и стояли, и он всё держал ее в объятьях, и глаза мои на это смотрели, и возмущение мое нарастало как волна. Чего я только не передумал за эту бесконечную минуту!

- Эрна, выйди, - сказал я наконец.

Она как будто очнулась, оттолкнула Алонского и быстро вышла, закрыв лицо руками. Мы остались с ним вдвоем. Голос мой от волнения и боли был глух.

- Я же тебе говорил, что это моя женщина. Или ты не понял?

- Найди себе другую, Бриан.

- Что ты несешь! Другую?! Да ты знаешь, что я с тобой сделаю за такие слова?!

- Опомнись, Бриан! – он всё же попятился, - остановись! Это моя жена!

- Что?.. Как ты сказал?!

- Это моя жена, несравненная Анриетта Алонская!

Как же меня трясло от этого имени!

- Да ты спятил, видно.

- Я?!! Спроси у нее сам!

Я поднял брошенный стул и присел на него, ноги уже не держали. «Мне надо верить на слово... Я никогда тебе плохого не сделаю!» Неужели я нашел тебя, моя мучительница, виновница всех бед моих? Королева колдунов! Так вот в чем дело...

- Почему глаза у нее черные?

- Не знаю, я сам был сбит этим с толку! Может, от боли потемнели, может, от горя... Сам знаешь, что такое Серая Башня! Ее трудно узнать, это правда.

- Зачем ночью приходил?

- Я поклялся убить каждого, кто прикоснется к Анриетте.

- Что ж не убил?

- Безоружного... не могу.

- Ладно, уйди с глаз! Я потом решу, что с тобой делать.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31  

Комментарии