Наследник


      Никогда еще я не переступал порог дворца с таким отвращением. Королю быстро доложили, что я вернулся, и он сам примчался ко мне белый от гнева и радости. Он вцепился в меня и долго тряс за плечи как спелую сливу.

- Ты издеваешься надо мной?! Где тебя носило, Кристиан?! Я поднял на ноги всю дворцовую стражу и свою дружину!

- У меня было скверное настроение, - сказал я прямо.

- Настроение! Ты – наследник и не имеешь права поддаваться настроению! Ты знаешь, сколько у меня врагов? Ты знаешь, сколько у тебя врагов?! Я чуть с ума не сошел!

- Почему? Я ведь не первый ваш наследник, не так ли?

Он меня отпустил. Сам вдруг обмяк, помрачнел и сел в кресло.

- Кто тебе сказал?

- Об этом знают все. Весь дворец, ваше величество. Разве это тайна?

- Да, ты не первый, - сказал он устало, - ну и что? Я же не мог знать, что у меня где-то есть сын. И я искал себе достойного преемника. Пойми, я не могу оставить страну ни на своего братца, ни на его отпрыска. И на первого встречного тоже не могу!

- Поэтому вы испытываете меня?

- Я?!

Изумление его было так неподдельно, что я попятился. Мне до этого не приходило в голову, что враги его могут быть столь искусны, чтобы подстроить всё от и до. Не я ли своими глазами видел, что у Альфина есть другой, более могущественный хозяин, которого даже аптекарь называет ни много ни мало – богом.

- Мне кажется, нас хотят поссорить, - сказал я.

- Мне тоже, - ответил он задумчиво.

- Но кто? Кто они?!

- Те, кому нужен другой король, слабый и распутный, чтобы разворовать и развратить страну, утопить ее в вине и оргиях, неужели ты этого не понимаешь?!

Когда он так говорил, я вспоминал Ведбеду. Король, как и эта вредная старуха, не видел середины: или аскетизм, или разврат! Как будто нельзя просто любить женщину, вкусно поесть и иногда в лоскуты напиться.

- Я постараюсь понять, - сказал я твердо, - клянусь вам, я когда-нибудь пойму всё.

В полночь я отправился к Эджелии. В такое время она еще не спала и была, как я и ожидал, совсем не той, что прежде. Она была красива и ярко накрашена, волосы распущены и выкрашены не в серый, а в рыже-каштановый цвет, красота ее выглядывала из всех щелей нарядного, сильно открытого платья. Как я мог принять ее за умную, проницательную скромницу с заурядной внешностью?

В гостиной у герцогини были танцовщицы, несколько приятельниц того же вида и пара юных пажей с затуманенными лицами.

- Я не вовремя? - спросил я удивленную хозяйку.

- Отчего же? - ничуть не смутилась она, - вы всегда кстати, ваше высочество.

- Тогда все – брысь отсюда, - скомандовал я.

Стало странно тихо.

- Я кому сказал! - рявкнул я грозно.

Не знаю, считали они меня наследником всерьез, или нет, но разбежались быстро как тараканы. Эджелия осталась сидеть невозмутимо и вызывающе.

- Как грубо, ваше высочество... право, не ожидала от вас!

Я наклонился над ней.

- Тебе так гораздо лучше.

- В самом деле?

В глазах у нее была легкая паника, она, конечно, не ожидала, что я так скоро к ней приду, если вообще когда-нибудь догадаюсь, в чем дело.

- Пошли-ка в спальню, - сказал я.

- Зачем?

- Как это зачем?

Я взял ее за руку и потащил за собой. Она упиралась, пришлось схватить ее в охапку, швырнуть на кровать и запереть дверь на засов.

- Ты что, с ума сошел?

- Почему же?

Эджелия спрыгнула с кровати, но скоро снова оказалась там, только теперь руки мои сжимали ее прекрасную шею, путаясь в жемчужных бусах. Не больно. Чуть-чуть. Но что-то все равно треснуло и порвалось в ее и без того вызывающе открытом платье. Эджелия поняла, что попалась, и черные глаза ее вспыхнули нестерпимым огнем.

- Пусти меня! Мужлан! Чудовище!

- Позавчера ты меня не боялась. Или тебе непременно нужны свидетели?

- Пусти!

- Кто велел тебе соблазнить меня? Отвечай быстро, пока я тебя не придушил!

- Король, - прохрипела она.

- Врешь, - сказал я зло, - снова врешь!

Эджелия закашлялась, я разжал руки, но плечи ее всё равно прижал к перине, чтоб она не вырвалась.

- Чудовище, - сказала она, - весь в папочку... это он мне велел, с него и спрашивай!

Лгала. Легко и артистично, как всегда. Я не мог отказать ей ни в уме, ни в таланте. Мы напряженно смотрели друг другу в глаза.

- Тебе всё равно придется сказать мне правду, - проговорил я в тихой ярости, - я ведь тебя не выпущу, а то и придушу как воробья. Ну? Что ты будешь делать?

Она тихо застонала. Но это был не тот стон. Я вдруг понял, что держу в руках чертовски красивую, полураздетую женщину, сильную, горячую, с безумными от страсти глазами.

- Чудовище... - прошептала она, извиваясь, а дальше были уже ее обжигающие губы.

Она была все-таки умнее меня, или просто гораздо опытней в таких делах. Я не любил ее, я был груб, я мстил ей, но она упивалась моей грубостью, я стискивал ее до синяков и кусал чуть ли не до крови, но она только рычала от удовольствия как львица.

Потом я опустошенно сидел рядом с ней, смотрел на нашу разбросанную по полу одежду, на изящные очертания ее расслабленного тела и долго вспоминал, зачем пришел. Раньше со мной такого не бывало. В этом дворце я незаметно превращался в животное.

- Так кто велел тебе меня соблазнить?

Эджелия повернула ко мне свое раскрасневшееся лицо и устало усмехнулась.

- Ты несносен...

- Я не могу иначе. Мне нужно знать, что всё это значит. Кто хочет поссорить меня с отцом, и кто хочет моей смерти.

- Мне приказал король, я же тебе говорила. Разве я послушала бы кого-то другого? Я! Герцогиня Тиманская!

- Вот именно. Ты не послушаешь никого, разве что сама не будешь кровно заинтересована... вам нужен другой король, не я и не мой отец, вам плевать на Лесовию! Власть и деньги – только такие аргументы вы понимаете...

Она села, обняв колени и прикрываясь волосами как шалью, она не спешила мне что-то доказывать или объяснять, только смотрела исподлобья своими черными пронзительными глазами, в которых была одна усталость и тоска.

- Ты мне не веришь... но хотя бы прекрати меня ненавидеть, по-моему, мы квиты.

- Ты мне так и не ответила.

- Ответила. Только ты не слышишь. Ты презираешь меня и не допускаешь мысли, что я тоже боюсь. Я тоже хочу жить, наследник! И я выполню всё, что он мне прикажет.

- Кто?

- Король.

Мне хотелось ей верить, но я уже убедился, что Эджелия - прекрасная актриса, и что-то в ее словах не вязалось со смыслом. Король и смерть? Король, который не ведет ни одной войны, не подписал ни одного смертного приговора, и которому вообще ничего не надо сверх того, что он имеет?

- Он испытывает тебя, - добавила она устало, - если ты хоть раз оступишься, ты умрешь.

- Я уже оступился, - усмехнулся я.

- Надеюсь, этого никто не видел, - сказала она со слабой улыбкой.

Ничего нового я от нее не узнал, она говорила то же, что и Альфин. Или они были правы, или сговорились.

- Чего ты боишься? - спросил я.

- Смерти, - ответила она спокойно.

- У вас не дворец, а приют для душевнобольных, все боятся смерти от служанки до герцогини. Все дрожат, и никто не разбегается!

- А это бесполезно. Смерть найдет везде. Даже Ластер от нее не спасет.

- Ластер?

- Да. Он бог. Он может пришить отрубленную голову и восстановить обгоревшую руку, он может оживить из мертвых, если человек умер от болезни или от яда... но если сама Смерть его забрала – даже великий Ластер бессилен.

- Забирает Смерть. Почему же ты боишься короля?

- Потому что она его служанка!

Я вспомнил жуткие глаза той женщины, что смотрела на меня в склепе. Она не могла быть ни чьей служанкой. В нашем грешном мире во всяком случае. Если и был у нее господин, то назывался он не меньше, чем дьявол.

- По-моему, вы все тут чуть-чуть помешанные. И я становлюсь таким же. Я живу здесь уже месяц, меня постоянно запугивают, все вокруг боятся, однако ничего так и не случилось. И не случится.

Свечки догорали одна за другой. В спальне становилось всё темнее.

- Ты должен уйти до рассвета, - предупредила Эджелия.

- Я никого не боюсь.

- Ты безумец, Кристиан, я же говорю, что он тебя испытывает!

- Я наследник престола. И не собираюсь прятаться как секретарь или младший оруженосец...

Кожа ее была горяча, горячей, чем прежде. Лицо пылало, как от сильного возбуждения или волнения. Мне было стыдно за свою грубость, я совершенно запутался и только хотел показать ей, что могу быть и другим.

- То, что ты можешь изнасиловать кобылицу на бегу, я уже поняла, - усмехнулась она, - теперь давай я покажу, на что способна я.

Как я и предполагал, она была талантлива во всем, в этом тоже. Она была актриса, изящная, страстная, нежная, угадывающая мои желания и невероятно горячая.

- У тебя жар? - спросил я, когда сам немного остыл, трогая ее пылающий лоб.

- Не знаю... - сказала она измученно, словно таскала всю ночь камни, - поцелуй меня...

Горячие губы показались мне беспомощными.

- Дать тебе воды?

- Нет. Нет! Обними меня, крепче, не отпускай меня!

Так мы и лежали, обнявшись, в свете последней догорающей свечки, и я всем телом чувствовал ее мелкую дрожь.

- И правда вся горю, - усмехнулась Эджелия, - что это со мной? Неужели я до такой степени в тебя влюбилась?

- Ты просто переволновалась. Прости, я и правда вломился, как медведь…

- Не знаю... послушай меня, тебе надо уходить. Скоро рассвет, я не хочу твоей смерти, медведь. Правда не хочу.

- Пойми же ты, я не боюсь своего отца. Кто-то другой хочет, чтобы я его боялся, кто-то, кто сеет страх во дворце и заставляет всех действовать по своей указке. Я думал, ты мне поможешь узнать, но тебя тоже обманули и запутали.

- Если ты мне не веришь, то спроси Сетвина.

- При чем тут Сетвин?

- Это он мне передал приказ короля.

Тут и меня бросило в озноб. Наконец-то мне показалось, что я за что-то зацепился. Сетвин! Гардеробщик, который ходит на королевские приемы и запросто беседует с герцогинями. Сколько же я ему всего наболтал за бутылкой!

- Значит, король сам тебе ничего не приказывал?

- Сам? Он и слов-то таких не знает, этот чистоплюй, но что король, что Сетвин, – это, считай, одно и то же. Прошу тебя, уходи.

Я все-таки встал, чтобы принести ей воды из графина. Она была уже словно в горячке, глаза полузакрыты, губы сухи, лоб влажный, дыхание частое и отрывистое.

- У тебя жар.

- Да... промочила ноги... в парке такой мокрый снег!

Я осторожно напоил ее и почему-то уже понял, что с ней. Она просто умирала. Просто и тихо. Как моя мать. Я чувствовал. За спиной стояла Смерть и леденящим холодом дышала мне в затылок.

- Мы – превосходная пара, ты не находишь? - спросила Эджелия, слабо улыбаясь.

- Конечно, - сказал я, с ужасом осознавая, как не хочется мне ее терять.

- Тебе лучше меня никого не найти...

- Я и не буду пытаться.

- Я буду любить тебя. В самом деле... я могу любить, просто некого было, они все не такие как ты...

- Я тоже не подарок.

- Но ты – другой… Ты уходишь?!

- Нет.

- Не уходи... мне страшно!

Больше она уже ничего не говорила и не открывала глаз. Я сидел рядом, держал ее пылающую руку и думал о Сетвине. Он был первым, кто имел смелость заговорить со мной, и первым, кто напророчил мне гибель. Сам он не боялся ничего и при всем при том был подчеркнуто нечестолюбив. Его вполне устраивала должность старшего гардеробщика. Почему? Уж не потому ли, что так удобнее скрывать свою неограниченную власть? Или же Сетвин тоже кому-то служит. Кому?!

Эджелия тихо застонала и открыла глаза.

- Ты еще здесь?

- Конечно.

- Вот теперь уходи. Теперь я сама.

- Не выдумывай.

- Умоляю тебя... ты видишь, как это бывает? Хочешь также?

- У тебя просто жар, Эджелия.

- Я не так глупа... я вообще не глупа.

- Может, позвать лекаря?

- Лучше сразу священника.

Мы посмотрели друг на друга. С ней не нужно было слов, она как всегда понимала всё сама.

- Убей его, Кристиан. Опереди его, это единственное, что может тебя спасти.

- Убить отца?

- У тебя будет много сторонников, ты даже сам не знаешь сколько!

- Пока я не вижу ни одного, - сказал я.

Я отупел. Не было сна, только усталость от бессонной ночи и отчаяние, переходящее в ярость. Лицо у Эджелии было бледное и спокойное. Я так и не понял, когда ее не стало, тупо сидел рядом с ней, держал ее остывающую руку и ни о чем уже не думал, только о том, что терять мне нечего и на все наплевать, даже на то, что меня могут посчитать убийцей. Прятаться я не собирался.

На рассвете в дверь постучали. Сначала тихо, потом громко и требовательно. Я замедленно как во сне встал, натянул штаны и открыл засов.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47  

Комментарии