Наследник


      С утра король был в хорошем расположении духа, но всё же высказал мне, что не одобряет моего участия в пирушках Фларьо.

- Ты слишком много пьешь. Это непростительно для будущего короля, - сказал он строго.

- Вы слишком много от меня хотите, - признался я, - у меня трещит голова от отчетов и справочников, да еще от вашего этикета, надо же ее чем-то затуманить хоть иногда.

Как ни странно, он посмотрел на меня с сочувствием, даже похлопал по плечу как старого приятеля.

- Понимаю. Тебе тяжело здесь. Но нельзя же скатываться! Мы с тобой не можем себе этого позволить!

Я чуть не взвыл от такой перспективы.

- Ничего, мой мальчик, скоро я сделаю тебе такой подарок, о котором ты можешь только мечтать. Думаю, он примирит тебя с действительностью.

Лучше б он разрешил мне вдрызг напиться! В прескверном настроении я поднялся в библиотеку и поменял пятый том хроники жизни Эриха Второго на шестой. Эрих Второй, хоть и считался великим королем, мне не нравился своей прямолинейностью и любовью к казням. Что-то было в нем звериное, ото льва или от тигра, благородное и ужасное одновременно.

В кабинете у Советника, куда я зашел вернуть карту, прямо на его огромном столе сидел Альфин и листал какие-то бумаги. Его наглость меня и раньше удивляла. На нем был голубой камзол, ярко-красные штаны и белые сапоги с золотой вышивкой, поза надменная и слегка кокетливая, как будто он девица за сто дорлинов.

- Не боишься, что Советник тебя отшлепает? - спросил я заходя.

- Он меня обожает, - скромно ответил этот красавчик.

- Ты что, девушка?

- Был бы я девушкой, он не обратил бы на меня никакого внимания.

- Понятно. Что смотришь?

- Счета. Он обещал построить мне обсерваторию. Проверяю, чтоб не обманул.

- Неужели Мезиа обманщик?

- Он скряга! Обещал мне луну с неба, а сам пожалел тысячу дорлинов на линзы!

- В обмен на твою любовь? - усмехнулся я.

- Что?! - Альфин посмотрел на меня с притворным возмущением, на самом деле ему было просто забавно, - вы чего-то не понимаете, ваше высочество. В обмен на мой теплый взгляд, не больше.

Огромные карие глаза его были так прекрасны, а взгляд так выразителен, что я поверил. В его лице было совершенство, на него хотелось смотреть и смотреть, со всех сторон, сверху и снизу, издалека и вблизи. Я с сожалением подумал, что пройдут годы, он возмужает, обрастет бородой, раздастся в челюстях, огрубеют его руки, вытянется нос, станет мощной и короткой шея, подсядет голос, и ничего не останется от этого странного маленького эльфа, такого самовлюбленного и такого избалованного жизнью и сильными мира сего.

- Так вот на кого тратится королевская казна, - усмехнулся я.

- Вы ничего не понимаете! - возмутился Альфин, - у каждого уважающего себя государства уже есть обсерватории, даже у этой дикой Озерии! Только у нас нет!

- Ну и что? Зачем нам обсерватория?

- Боже мой! - он закатил глаза к потолку, - с кем я говорю! Наследник, вы хоть знаете, что Земля круглая?

- Мой личный опыт говорит, что она плоская.

- Вы что, умудрились посмотреть на нее сверху?

- Нет. Просто много ходил.

- Хо! Приходите ко мне, я посажу муравья на глобус, и уверяю вас, он ни за что не догадается, что ползет по шару.

- Прекрати дерзить, - сказал я беззлобно, - я тебе не Советник, пять минут послушаю, а потом голову сверну как куренку.

Сидя на столе, он моргал на меня удивленными карими глазками.

- Вот это настоящий научный спор! Вы бесподобны, ваше высочество! Но разве я виноват, что Земля круглая?

Через час я прослушал обширную лекцию по астрономии, увидел огромный синий глобус с зелеными материками и еще больший черный глобус, на котором белыми звездочками были изображены созвездия. Альфин показывал мне странные рисунки со сказочными пейзажами и уверенно рассуждал о межзвездных расстояниях. Мне всё это было интересно и почему-то казалось отдаленно знакомым, словно я всё это уже слышал или видел когда-то.

Странное, щемящее чувство тревоги и невыполненного долга вызывали его рассказы. Но, кажется, я никому ничего не был должен, кроме Эски.

У Альфина было много книг, они стопками лежали на столах и на диванах, на камине и на подоконниках, он был напичкан цитатами как бараний рулет перцем. Он немного красовался передо мной, освещая мою дремучую неграмотность, но я охотно прощал ему это.

- Завтра я расскажу вам о Театре, - сообщил этот умник и довольно развалился в кресле, - уверен, что вы не знаете, чем отличаются пьесы Гарлена от сценок Луциуса.

- Пожалуй, - согласился я, - зато я знаю, какие лучше поставить подпорки для сцены и на чем крепить занавес.

- Вы невыносимы! Я же говорю о Театре!

- А я о жизни.

Он посерьезнел, как будто я опустил его с небес на землю.

- Лучше расскажи мне, что творится у вас во дворце, - попросил я.

- А что тут творится?

- Не притворяйся. Я думаю, ты знаешь лучше меня.

Альфин хмурил черные бровки и молчал.

- Здесь живет страх, - сказал я.

- Не только, - усмехнулся он, - здесь живет разврат, и месть, и ненависть и хитрость, одиночество и непроходимая тупость!

- И еще кое-что, - добавил я уверенно, - то, что я чувствую всем существом как собака след, то, что я ненавижу больше всего на свете...

- Что же? - Альфин смотрел на меня растерянно и почти испуганно.

- Смерть, - закончил я.

Он опустил глаза, помолчал немного, прикрываясь длинными ресницами, потом спокойно признал:

- Да, это правда.

Я понял, что держу в руках нить. И я за нее потянул.

- Как это происходит?

Альфину очень не хотелось после своих звезд и книг говорить о смерти, но теперь уже я влиял на него, а не наоборот.

- Сразу, - сказал он хмуро, - человек умирает за одну ночь безо всяких причин, и всё.

- Красивая женщина?

- Не только. Любой человек. Например, вы.

Он знал еще много, но вытягивать из него приходилось клещами.

- Я умру?

- Да, - сказал он после недолгой паузы, - теперь уж обязательно.

- Почему теперь?

- После того, что вы сказали.

- А что я сказал?

- Что ненавидите смерть.

- Господи, кто ж ее любит! - рассмеялся я невеселым смехом, мне вспомнились жуткие глаза смерти, глядящие на меня в склепе, и на моей спине выступил ледяной пот.

Пока я пытался что-то осознать, в комнату с подносом вошла огромная седая женщина. Тяжело переступая тумбами ног, она дошла до стола и величественно водрузила могучими руками поднос перед Альфином.

- Заболтался ты что-то, - сказала она с укоризной мелодичным басом, - и наследника заболтал, съешьте хоть по булочке...

Альфин несказанно обрадовался ее появлению, а точнее тому, что она прервала наш мрачный разговор, встрепенулся как птичка на заре и расцвел в улыбке.

- Ах, ты моя дорогая! Как же я тебя люблю!.. Это моя нянюшка, ваше высочество, она всегда всё знает лучше меня. Иди, Охтания, я скоро буду обедать.

- А ты, оказывается, совсем детеныш, - сказал я, глядя вслед уходящей богатырке, - у всех слуги, а у тебя нянюшка!

- Она стоит всех слуг вместе взятых, - гордо заявил он.

И тогда я вспомнил ее имя. И понял, кто она такая. И мне стало нехорошо.

Прекрасный юноша сидел передо мной в вольной позе и жевал напудренный крендель. Я слушал его так же внимательно, как вчера Эджелию, ни о чем не подозревая. Его служанка предсказывала, кто и когда умрет. Она не могла знать больше своего господина. А откуда знал он? Уж не оттуда ли, что сам выбирал эти жертвы?

Мой приговор он мне уже сказал. Только что. За то, что я ненавижу смерть. Но ведь об этом никто кроме него не слышал...

- Слишком хорош, - думал я, глядя на него, - безумно, немыслимо красив для человека, и слишком много знает и о звездах, и об истории, и о странах, в которых и не был-то никогда...

- Что это с вами? - удивленно спросил Альфин, как ни в чем не бывало, - вам плохо?

- Я вспомнил, что мне надо быть совсем в другом месте, - сказал я хмуро и встал, - спасибо за лекцию.

Мне не было страшно, я уже смотрел смерти в глаза и не собирался бежать от ее воплощения в образе красивого наглого мальчишки, но мне надо было всё обдумать.

- А завтра придете? - спросил он всё так же нагло.

- Завтра приду, - почему-то сказал я.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47  

Комментарии