Завещание Малого Льва

Скирни очень боялась, что Сия может явиться во дворец, поэтому решила предупредить Леция сразу же, как только его увидит. Увы, подойти к нему было непросто. Он стоял с Ибрагором и другими золотыми львами и с огромным интересом что-то выслушивал. Гости из безвременья были в золотисто-оранжевых одеждах, почти все рыжеволосые, рыжебородые, хотя сам Ибрагор был белый. Одна женщина была просто огненно-рыжей, вторая – белокурой, а третья, самая высокая, все-таки черной с синими продолговатыми глазами.

Оглушенная музыкой, светом, иллюминацией и таким количеством народу, Скирни забыла о своих опасениях и уставилась на прекрасных львиц.

- Тебе какая больше нравится? – спросила она Льюиса из любопытства.

- Вот эта, - сказал Льюис, целуя ее в щеку.

- Я серьезно, Лью.

- И я серьезно. Я кроме тебя и не вижу никого…

Однако одну женщину ему все-таки пришлось заметить, ее просто невозможно было не заметить. По широкой белой лестнице в зал развязной походкой спустилось раскрашенное существо в зеленом парике, желтых рваных штанах и мерцающем жилете.

- О, боже, - простонал Льюис, - это что за маскарад?!

- Это твой любимый братец Герц, - засмеялась Скирни, - только женского рода. Кажется, я поняла, кто сегодня будет королевой бала!

- Ассоль… Пойдем ее отшлепаем?

- Зачем? Все соскучились по Герцу. Девочка надела его костюм. Что в этом плохого?

- Пока ничего. Но если она и вести себя будет так же…

Раньше Льюиса спохватился Эдгар Оорл. Он подхватил сестру за шкирку и поволок куда-то в глубину зала, подальше от гостей. Потом Скирни видела, что он несет ее подмышкой к боковому выходу. Девочка была сильно пьяна.

- Как бы он не перестарался, - нахмурился Льюис и попятился, виновато глядя на Скирни, - не сердись, я сейчас…

И она осталась одна. И спокойно пошла через зал, улыбаясь всем и никому, вся в своих мыслях и тревогах. Столы стояли по периметру, в центре возле елки выступали акробаты и танцоры. Некоторые аппирские мутанты отличались такой гибкостью, что было на что посмотреть. Хотя смотрели на них в основном земляне и другие инопланетные гости, потому что самих аппиров удивить чем-то было трудно.

- Кто их пригласил? – хмуро сказал у нее за спиной Конс, - одно вампирьё.

- Не знаю, - пожала плечом Скирни.

- Не стой близко. Высосут.

Он обнял ее за плечи и осторожно отвел в сторону. Он очень хорошо к ней относился, и Скирни догадывалась почему. Так же как и Кондору, она напоминала ему Флоренсию. Сначала ей это нравилось, а потом стало мешать: тяжело быть всего лишь тенью другой, великой женщины. По той же причине Леда часто плакала в ее кабинете.

- Я пока не чувствую, что меня высасывают, - сказала Скирни, ей вообще-то было интересно.

- Зато я вижу, - ответил Конс, - отойди подальше.

Он, как всегда, был в черном, с черной бородой, с черным пронзительным взглядом, которого она давно уже не боялась. Она любила синеглазых мужчин, не похожих на оринян, от которых она ничего хорошего не видела, но жгучие и страстные глаза Конса её завораживали.

- Я хотела подойти к Лецию, - пожаловалась она, - но там – просто заслон какой-то!

- Еще бы! - кивнул он понимающе, - окружил себя красотками, как петух в курятнике!

И ей стало смешно от этого сравнения. Она рассмеялась и в таком приподнятом настроении подошла вместе с Консом к Верховному Правителю. Прекрасные дамы конкурентку в ней не увидели и посмотрели снисходительно. Ничего другого она и не ожидала. Платье на ней было скромное, шоколадное, и никакая драпировка недостатков ее фигуры не скрывала. Мужчины тоже посмотрели без особого интереса, просто из вежливости. Именно это ей и нравилось. Скирни терпеть не могла выделяться.

Правитель аппиров выглядел недосягаемо. Это ее тоже не пугало. Она давно поняла, что он в душе актер, и любит смену декораций и перевоплощения. Вот и всё. В обычной жизни он был вполне доступен, на подобных же приемах, которые сам и устраивал, изображал из себя небожителя. Это была такая игра. Во всяком случае, так она это понимала и удивлялась, почему другие этого не видят.

- А это наша племянница, - представил ее Леций, не уточняя, что она вообще-то жена племянника его жены.

Гости мало разбирались в родословной Прыгунов, поэтому не стали удивляться. Только синеокая Мравия как-то подозрительно чиркнула по ней взглядом, так что стало даже горячо. Стоять с ними дольше не было никакого желания.

- Могу я вас отвлечь на пару слов, ваше величество? – включилась в игру Скирни, она давно уже обращалась к Лецию по-семейному, но понимала, что здесь это неуместно.

- Можешь, - ответил он сразу и с большой охотой взял ее под локоть.

Они отошли. В маленькой нише за фонтаном им никто уже не мешал.

- Кажется, ты рад, что сбежал, дядя?

- И не говори…

- Ну и взгляд у этой Мравии!

- Ты уже успела заметить?

- Что тут замечать? Она мне чуть платье не прожгла.

- Две другие – не лучше, но нам придется с ними ладить.

- И не только с ними… - Скирни вздохнула и посмотрела ему в глаза, - скажи, что ты сделаешь с Сией, если она сбежит из больницы?

- Для начала, - усмехнулся Леций, - стану ее искать.

- Нет… не надо искать. Если она придет сюда?

- Сюда? Да ты что, Скирни?

- Я сама удивилась, но она так решительно об этом говорила! Потом, правда, сказала, что передумала. Понимаешь, у нее начинается какой-то срыв перед родами, и я очень боюсь.

- Чего?

- Всего. А вдруг мы не правы? Вдруг она сорвется и опять начнет мстить?

- Ну, тогда… - Леций пожал плечами, - тогда мы с тобой – два самых больших дурака в галактике.

- Ох, дядя… Ее нельзя сейчас ругать, понимаешь? Нельзя наказывать. Пусть приходит – надо сделать вид, что всё в порядке. Иначе она опять нас возненавидит. И, не дай Бог, откажется от ребенка. Я тебя очень прошу…

- Я тут не один, Скирни.

- Но ты тут главный. Как ты поведешь себя с ней, так и будет. Она, между прочим, думает, что вы ее убьете после родов.

- Что ж, - вздохнул Леций, - каждый судит по себе.

- У нее ад в душе, с ним она и живет.

- От этого у меня лекарства нет.

- У меня тоже.

Они посмотрели друг на друга. Они оба могли немало – каждый по-своему – но излечить чужую душу от злобы, зависти и обиды было не в их власти.

 - Единственное, что я могу… - сказал Леций с некоторым сомнением, - это пригласить ее самолично… раз уж этого всё равно не избежать. Надо было раньше догадаться, но я о ней как-то не подумал. Закрутился с этими львами.

- И львицами, - напомнила Скирни, - кстати, где твоя жена?

- Как где? – усмехнулся он, - наряжается.

- Ничего не случилось? Всё в порядке?

- Ну да, как обычно: пара истерик и бурное примирение. Что у нас еще может случиться?

Он сказал это с весьма довольным видом, но Скирни показалось, что от всего этого бурного семейного счастья он ужасно устал. Она тогда подумала, как ни кощунственно это было, что ему нужна другая женщина, более мягкая и терпеливая и уж, конечно, понимающая… но как раз в этот момент на белой лестнице показалась Ингерда Оорл в наряде Снежной Королевы. Два мальчика-теверга несли за ней шлейф ее сверкающего, совершенно бесподобного платья. Все просто оторопели, даже Мравия. Жена правителя была ослепительна!

Скирни изумилась, такого она никак не ожидала, беседуя с тетей утром и делая ей примочки, а потом поняла, что ее переполняет гордость, самая настоящая женская гордость, как будто это ей самой удалось затмить надменных золотых львиц. Что ж, какой-то вклад в эту неземную красоту она внесла тоже. На лице у правителя было полное восхищение. Тогда она подумала, что была не права, именно такую жену ему и надо. И не зря Ингерда так борется за свою внешность.

Леций подошел к своей королеве и торжественно повел ее по лестнице вниз. Вместе они смотрелись еще великолепней: он в серебристом, она в белом, оба сверкали. Скирни осталась одна в углу, так и не поняв: помнит он про Сию или уже забыл?

- Какова! – подошла к ней Алеста, - утром еще рыдала… потом в тренажерный зал пошла, она оттуда всегда бодрая выходит. Нет, я ее обожаю! У меня так никогда не получится, несчастных пять килограммов сбросить не могу. Нет у меня силы воли.

- А почему она рыдала?

- Как почему? В зеркало на себя посмотрела.

- Господи, Ал… неужели это может так расстраивать?

- Её - да. Она же всегда должна быть лучше всех.

- Великолепней - возможно. Ей это пока удается. Но лучше? По-моему, лучше Флоренсии Нейл никого не было и нет. Ну разве в красоте дело?

- Ну, конечно! – Алеста посмотрела на нее насмешливо, - и это заявляет жена самого красивого мужчины во вселенной!

- Глупости, - возразила Скирни, - при чем здесь красота… я его люблю совершенно не за это.

- Да неужели?

- Перестань, Ал… И почему вы вообще так говорите? Самый красивый мужчина во вселенной вовсе не Льюис.

- Да? А кто же тогда?

Скирни поняла, что краснеет.

- Леций, конечно.

- О-о-о… - Алеста округлила глаза и посмотрела с пониманием, - ну, ты не бойся, я никому не скажу.

- Чего ты не скажешь? – окончательно смутилась Скирни.

- Да я сама от него без ума! С самого детства! Он же бог! И это не мешает мне обожать Эдгара. Это ничего. Так бывает.

- Всё ты путаешь! Я просто сказала, что он самый красивый. И это не имеет никакого отношения к любви.

- Да? А что такое любовь, по-твоему?

- Любовь? По-моему, это и объяснять не нужно. Это или есть, или нет.

- Кстати о любви, - усмехнулась Алеста, - ты не знаешь, дорогая, где наши мужья? Почему мы с тобой одни на новогоднем балу? Где они, черт их подери?

- Воспитывают Ассоль, - объяснила Скирни, - точнее, Эдгар воспитывает, а Льюис его усмиряет. Боится, что тот может переусердствовать.

- Не зря боится. Несносная девица стала. С самого утра слонялась пьяная по дворцу. Я бы и сама ей всыпала, да, вроде, не моё дело. Без меня воспитателей хватает.

- Говорят, Аггерцед такой же был. И ничего. Очень даже все его любили.

- Не знаю. Лично я ее не люблю. Терпеть ее не могу, если честно. Как зайдет в мою комнату, у меня одно желание – чтобы она поскорей вышла. Раньше она еще ничего была, но чем дальше, тем хуже. Скорей бы замуж вышла что ли…

Полночь приближалась. Алеста закружилась с кем-то в танце, Скирни выпила предложенное роботом шампанское и продолжала тихонько сидеть в углу. Она быстро уставала от шумного веселья. А мысли всё время возвращались к Сии. Что еще взбредет в ее отчаянную голову? Кого она захочет обвинить в своих несчастьях и в своих преступлениях? И кто за всё заплатит? Неужели несчастный ребенок? Нет уж, только не это! Уж лучше они с Лецием за все ответят, раз они два самых больших дурака в галактике.

Леций, как оказалось, о ней не забыл.

- Ну что? – спросил он, подойдя - ты всё ждешь?

И не уточнил, кого: его ли, мужа ли… она просто чего-то ждала. Поэтому кивнула.

- Навестим пациентку?

- Прямо сейчас?

- Потом будет поздно.

- Если сейчас уже не поздно, дядя.

- Что ж, тогда давай поторопимся.

Он протянул к ней руки, чтобы она его обняла. Скирни – жена Прыгуна – прекрасно знала, что надо делать. Кроме Льюиса это не раз проделывал с ней Ольгерд и иногда – Кондор. Она только отметила, что Леций из них всех оказался самым деликатным. Он был настолько виртуозен, что даже не прижимал ее крепко, всё каким-то образом делала энергия, она приклеивала их друг к другу.

Через секунду они уже стояли в полутемном коридоре перед палатой Сии. С одной стороны были однотипные розоватые двери, с другой – почти черные, облепленные мокрым снегом окна. Весь медперсонал, включая уборщиц, праздновал земной Новый Год. Пахло лекарствами и буфетными пирожками. Старый одинокий фикус в закутке был оплетен мишурой и увешан игрушками. Кто-то прошаркал сзади спадающими тапочками и растворился в больничной тишине. После дворцового шума и блеска стало как-то не по себе.

- Тоска-то какая, - сказал Леций осматриваясь.

- Это ночью, - ответила Скирни, - днем тут довольно шумно.

- Как ты думаешь, она спит?

- Вряд ли. Сидит и обижается на всех.

- Это она умеет.

- Опять ты крайний, дядя. Сейчас все ее претензии достанутся тебе.

- Мне не привыкать.

Леций усмехнулся и разнял руки. Скирни ощутила себя в пустоте, в полной пустоте и одиночестве. Такое она и объяснить толком не могла, просто растерялась.

- Что? - Леций как будто это почувствовал и снова взял ее за плечи, - голова кружится?

- Нет, - она поспешно освободилась и отошла на шаг, - всё хорошо. Я нормально переношу телепортацию.

- Да? А вот Герда – плохо. Особенно в последнее время. Ты давно ее осматривала?

- Дядя, я ее осматриваю регулярно. С ней всё хорошо, просто возраст.

- Возраст? Какой еще возраст? Ты ее видела сегодня?

Скирни ее видела. Особенно утром. Она поняла, что для Верховного Правителя изнанка красоты и молодости его жены совершенно неизвестна. Ингерда держала его в таком же неведении, как и остальных, как будто он ей не муж, а вечный любовник.

- Она прекрасно выглядит, - сказала Скирни осторожно, - можно только порадоваться. Но, насколько я знаю, для землянок девяносто пять – переломный момент. Они, к сожалению, стареют. И это неизбежно.

Леций нахмурился.

- Но пока ведь всё в порядке?

- Пока – да, - Скирни не стала его огорчать, - скажи… а если она состарится, ты что, ее разлюбишь?

Она не представляла, что он ей ответит, он мог отшутиться, а мог просто рассердиться за такой наглый вопрос.

- Нет, - совершенно серьезно сказал Леций, - я никогда ее не разлюблю. Я состарюсь вместе с ней.

 

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27  

Комментарии