Сердце Малого Льва

- Что это был за трюк с часами? - спросил Эдгар только чтобы начать разговор.

- Извините, - потупилась Оливия, - надо было их сначала синхронизовать.

- Что ты извиняешься? Говоришь, по твоим расчетам должна быть огромная разница?

- Да, порядка минуты.

- В таком случае Прыгуны бы давно это заметили.

- А кто-нибудь обращал на это внимание? Вы выскакиваете на другой планете, там совсем другое времяисчисление.

- Потом возвращаемся. И здесь прежнее времяисчисление. И часы в порядке.

- Да, но вы же прыгаете обратно.

- По-твоему, направление имеет значение?

- Конечно.

- Но это же абсурд. Пространство изотропно.

- Вы перемещаетесь не в пространстве. У вас какие-то свои каналы, связанные со временем. А время имеет направление.

Дальше она заговорила совсем заумными терминами. Эдгар ничего не понимал в физике и в ближайшие сто лет понимание ему в этом вопросе не светило. Но Оливия об этом не знала.

- Хотите, я покажу вам свои расчеты? - вполне серьезно спросила она.

- Да, конечно, - так же деловито ответил он.

Они вернулись в лабораторию, но не в ту, где его мучили, а в соседнюю, за стенкой. Там был ее стол, ее компьютер и ее макеты. За дело эта юная особа взялась весьма активно.

- Сейчас... сейчас я вам покажу...

Немного волнуясь, Оливия вывела на главный экран свои измышления. Эдгар содрогнулся и с умным видом в них уставился.

- Почему-то принято считать время одним измерением, - торопливо говорила она, - но ведь это условность для облегчения расчетов. Время пронизывает каждую точку пространства, значит, оно само имеет как минимум три измерения. И еще направление нашего движения в нем. Вы согласны?

- Сядь, - сказал он, - займи позицию в кресле и расслабься. Я сам как-нибудь разберусь.

- Извините, - сразу сникла она.

Это ему и требовалось. Критически глядя на формулы и стереомодели, вытекающие из этих формул, он сосредоточился на Оливии и постарался в нее войти. Ему не нравились в последнее время ни ее напряжение, ни ее нервозность. В ней как будто жило два человека: застенчивая, закомплексованная, влюбленная девочка, и надменная, заумная и озлобленная дама. Они как-то уживались в ее похудевшем теле, запакованном в деловой серый костюм.

Эдгар сосредоточился, хотя это было нелегко после опытов над ним. Он стал Оливией Солла. И ему стало плохо. Это была не несчастная любовь, хотя и ее было бы достаточно для стресса. Это был страх, тоска, бессонница, ночные кошмары... он углублялся всё больше... это были уродливые морды вокруг.

Неужели встреча с аппирами так на нее подействовала? Где она могла видеть таких уродов? В аппирских кварталах она не бывала, в больнице с ними не лежала, персонал в Центре вполне приличный, все прошли курс восстановления.

- Кто твой наставник? - спросил Эдгар.

- Тургей Герсот, - сказала она, - он считает, что это имеет смысл.

- Да, это безусловно интересно...

- Вы находите?

Он думал о другом. Что творится с девочкой и в чем причина? На Земле всё было в порядке. Никаких проблем, кроме недогадливости прекрасного Льюиса. Что же теперь?

- Я всегда говорил, что ты гениальна, - польстил он ей, - потому и взял тебя.

Девчонка покраснела.

- А вам не показалось, что сигмальный квазиэкстремум выведен несколько некорректно? Я опустила в выкладке расчет вектора-темпоратора, но я его вычисляла не по методике Лекди-Просперо, а по своей собственной.

- Я так и понял, - честно глядя ей в глаза, сказал Эдгар, - по методике Лекди-Просперо вектор-темпоратор вообще вычислить невозможно. Пора наконец с этим смириться. Давно пора! Вот это как раз и будет некорректно! Я бы даже сказал, неканонично.

Оливия посмотрела с уважением.

- Поэтому я и применила свой способ. Хотите...

- Это... это уже детали, - перебил он торопливо, - в целом идея ясна. В следующий раз мы с тобой сверим наши часы. Может, что и получится. Только неизвестно, я ли буду твоим клиентом.

- А кто будет?

- Кто угодно. Знаешь, все предпочитают послать вместо себя другого.

Она взглянула с сочувствием.

- Это, наверно, так ужасно - сидеть в этом кресле?

- Хочешь попробовать? - усмехнулся он.

- Я?!

Эдгар усадил ее в испытательное кресло, облепил датчиками и закрыл саркофагом. Это ее немного развлекло и, слава богу, отвлекло от заумных расчетов. Еще одного сигмального квазиэкстремума он бы не пережил.

Потом они шли по городу, в который, кажется, впервые за лето заглянуло солнце. Оливия периодически подворачивала ногу: не умела носить туфли с каблуками. Ее это раздражало. Эдгар чувствовал, что девочка находится на пределе своих сил, и любая мелочь может вывести ее из равновесия.

- Как ты устроилась? - начал он издалека, - жалоб нет?

- Нет, - коротко ответила она.

- Льюис рядом живет?

- За стенкой.

- А наставник не занудствует?

- Нет.

Эта односложность ему надоела.

- Ты хоть таблетки пьешь? - спросил он уже напрямую.

Она даже остановилась от неожиданности, подняла на него мрачные карие глаза.

- Какие таблетки?

- Ты же - комок нервов, детка, - сказал он, - так дальше нельзя.

- Я... я думала, здесь всё пройдет...

- И давно ты не спишь?

- Я вообще не сплю.

- И всё время эти морды?

- Нет, еще купол раскалывается... - на глазах у нее выступили слезы, - а откуда вы знаете?

- Вот что, Олли, - он взял ее за плечи, - не будем терять времени. Сейчас же летим в больницу, покажем тебя специалистам. Может, хоть таблетки тебе пропишут.

- Они мне не помогут, - с отчаянием сказала девочка, - мне надо вернуться на Меркурий, на место аварии. Тогда всё пройдет.

- Это далековато, - покачал он головой, - больница ближе.

- Всё из-за космоса, - уже плача сказала Оливия, - я вспомнила аварию, а потом появились эти морды. Никуда не могу от них деться...

- Сейчас, малышка...

Наверно, смешно было обращаться к этой крупной, рослой да еще и заумной даме в такой уменьшительной форме, но когда женщина плачет, она в любом случае превращается в ребенка. Не очень-то она ему нравилась, но жалость победила. Эдгар даже промокнул ей глаза платком. Потом достал из кармана видео и набрал семейный номер Кондора. По рабочему номеру ему было не дозвониться.

Брат сидел за столом, очевидно, говорил по большому экрану в своем кабинете.

- Что случилось, Эд? - приветливо улыбнулся он.

Вежливый был мальчик, тактичный и воспитанный, не то, что этот разгильдяй Герц. Стрижка у него была классическая, рубашка белая, халат перламутровый. Он был такой же аккуратно-подтянутый и помешанный на медицине как его мама Флоренсия, и такой же демонически отпугивающий как его папа Конс. Его жуткая, своеобразная красота как-то невероятно сочеталась в нем с его кротким нравом.

- Доктор, мне нужно показать тебе одну пациентку. Прямо сейчас.

- Хорошо. Я освобожусь.

Прыгуном Кондор не уродился, но зато из него получился эксперт похлеще Эдгара. Он видел энергию, он видел сквозь стены, он видел внутренние органы своих больных, он один заменял целый корпус с медицинской аппаратурой. Правда, попасть к нему мог не каждый.

Эдгар вызвал свой модуль, усадил в него заплаканную девчонку и повез ее в больницу. Его видео, который он забыл отключить, уже вовсю трещал. Теверги на свету были безобидны, но все остальные предпочитали решать свои проблемы днем. Прибор пришлось снова выключить. Советник по контактам был занят совсем другим.

- Не волнуйся, - улыбнулся он ободряюще, - тут такое лечить научились, что на Земле и не снилось. Каких только мутаций не бывает. А нервы - у каждого второго. Так что скоро забудешь про свой купол и про свои морды и будешь спокойно спать.

- Вам Льюис рассказал? - спросила она недовольно.

- Нет, - ответил он, - я и сам не слепой.

Больничный городок состоял из многих корпусов. Почуяв солнышко, ходячие пациенты высыпали в парк, поразбрелись по дорожкам и расселись по лавочкам. Вид у некоторых был такой кошмарный, что бедная Оливия побледнела.

- Это они, - призналась она, - я их как будто помню. И больницу тоже помню.

- Вот как?

- И сама я уродина. У меня... у меня нет подбородка, верхние зубы торчат вперед, уши оттопырены, а волосы только справа.

- Успокойся, - приободрил ее Эдгар, - в жизни ты гораздо привлекательней.

 Они прошли в главный больничный корпус, самый высокий, двенадцатиэтажный. На первом этаже сидела администрация, на втором располагались диагносты. Кондор, как и обещал, освободился и ждал их в своем кабинете. Он вежливо улыбался, но вообще в промежутках между улыбками он бывал очень серьезен и этим сильно напоминал Рицию.

- Не волнуйтесь, - сразу предупредил он Оливию, - я вас осмотрю, возьмем анализ крови и сканируем мозг. Это не больно.

- Ты хоть спроси, что с ней, - посоветовал Эдгар.

- Потом, - спокойно возразил брат, - это будет мне мешать. Я и так всё увижу.

Его самоуверенность иногда восхищала. Он увел Оливию в сканерную. Эдгар остался в кабинете, он хотел позвонить себе на работу, но потом понял, что мысли его занимает сейчас только эта девчонка.

Минут через десять Кондор вышел, плотно прикрыл за собой дверь. Лицо его было бледнее обычного.

- Ты кого привел? - спросил он почти шепотом.

- А что? - в миг похолодев, вскочил со стула Эдгар.

- У нее неопределимая группа крови, и вообще много неясного.

- Я забыл предупредить, - спохватился Эдгар, - она не землянка, Кон. Ее просто удочерили люди. На самом деле она аппирка. Так что возможны мутации.

Кондор взглянул на него почти возмущенно.

- Это я бы и сам понял, - заявил он недовольно, - собственно, я ей так и сказал, чтоб она не волновалась. Но дело в том, что она и не аппирка.

У Эдгара почему-то разом заныли все зубы.

- Ты уверен? - спросил он ужасным шепотом.

- Да.

- Почему же на Земле медкомиссия ничего не заметила?

- А что они понимают в аппирах? У нас восемнадцать групп крови. Решили, что есть и девятнадцатая. Тем более, что определенная схожесть есть.

- Так кто же она?

Кондор пожал плечом.

- У нее мощная энергетика, хотя она не умеет ею пользоваться. Когда нервничает, запросто выходит в «синий луч». Похоже, она васк. Но я пока не уверен.

- Васк?! - опешил Эдгар, - как она может быть васком?!

- Не знаю, возможно есть еще одна ветвь, кроме Индендра?

- Это исключено. И сто раз уже проверено.

- Знаю, - брат задумчиво посмотрел на него, - васки - только мы: отец, дядя Леций, Азол Кера, Руэрто, Герц, Риция и я каким-то боком. И, кажется, ни у кого не было детей на стороне.

- Ну, знаешь, - Эдгар усмехнулся, - от этого никто не застрахован.

- Хорошо, - Кондор сел за свой стол, - давай предположим, что это так. Сколько ей лет?

- Семнадцать с половиной.

- Значит, мы с Герцем отпадаем. Риция естественно тоже.

- Согласен.

- Выходит: либо мой отец, либо твой отец, либо Кера, либо Руэрто.

Они уставились друг на друга.

- Осталось их вывести на чистую воду, - скорчил мину Эдгар, - всего и делов-то!.. Черт возьми, почему мне эта история все больше не нравится?!

- Успокойся, Эд. Собственно, ну и что?

- А то, что я привез ее сюда! Это что, совпадение?!

- Ну вот. Ты уже кричишь.

- Что она сейчас делает? - спросил Эдгар уже спокойнее.

- Расслабляется в массажном кресле, - сказал Кондор, даже не оборачиваясь на дверь сканерной, - теперь встает, надевает туфли, поправляет юбку... достаточно?

- Может, теперь скажешь, чья она дочь? - передразнил его Эдгар.

- Не скажу, - спокойно ответил Кондор, - что касается ее телесной структуры, то она ни на кого не похожа. Мало того, у нее нарушен обмен веществ, она должна быть очень полной.

- Это точно.

- А ее энергетика больше все-таки похожа на энергетику Руэрто. Красный-синий-голубой. Это его режимы.

- Значит, Нрис?

- Я так не сказал. Но это вероятнее всего. Тем более, что он не женат и любит менять женщин. Вот уж чему не удивлюсь, так это тому, что у него есть потомство на стороне.

Эдгар с усмешкой посмотрел на проницательного брата.

- А он, я думаю, удивится!

 

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32  

Комментарии