Сердце Малого Льва

Это уже вторая попытка скивра Грэфа захватить Пьеллу. Она ему удалась. И на обреченной Пьелле не осталось бы ни одного Прыгуна, если бы юный принц Аггерцед не напился и не проспал эксперимент.

 

Часть I . Перо Жар-птицы

Эдгар Оорл шел знакомыми коридорами Космопроекта в отдел Безопасности. Оранжевый закат ослеплял, врываясь в чистые до блеска окна воздушных переходов. В Лесовии стоял дразнящий, капризный апрель. Давно уже растаяли снега, но дни все еще были короткими и завершались внезапными прохладными сумерками. Тогда в свои права вступал вечер.

 Из окон Эдгар видел, как те счастливчики, чей рабочий день уже кончился, торопились к стоянкам или просто разбредались пешком по расчищенным от снега дорожкам. К сожалению, к Антонио Росси, который его вызвал, это никак не относилось. Для этого человека не существовало расписания: ни дня, ни ночи, ни перерыва на обед. Вот уже больше полувека он возглавлял отдел Галактической Безопасности.

 Отдел на самом деле был, конечно, чем-то необъятным и соразмерным галактике и назывался так только из скромности или из лукавства. Показухи Росси действительно не любил. Коридоры и кабинеты на первый взгляд не впечатляли: тишина, деловитость, предельно вежливые, скромные сотрудники... Можно было даже подумать, что никто тут не собирается вытрясать тебя наизнанку.

Эдгар подождал, пока камеры идентифицируют его личность, и перед ним не расползутся с неохотой, словно делая одолжение, темно-красные витражные двери. Все это было знакомо еще с ранней юности. Он вошел.

Глава Безопасности был полноват, но вполне моложав для своих ста двадцати с хвостиком. Он сидел в черном кресле, вокруг него мерцали в режиме ожидания сорок экранов, на столе перед его очами лежали документы. Эдгар был несколько удивлен тем, что Росси вызвал его лично, а не отправил к своим заместителям. Дело-то было в общем пустяковое.

Давным-давно назрела необходимость разработать быструю информационную связь в галактике, световые волны для этого не годились по скорости, а гравитационные - по мощности. Тогда физики-волновики предложили использовать для передачи сигнала телепортацию. Если можно перебросить от звезды к звезде материальное тело, то почему нельзя сигнал?

Принцип, на котором действовали звездолеты, не подходил, он требовал колоссальной энергии и субсветовых скоростей. Но существовали еще Прыгуны, они телепортировали с места, без особых усилий. Оставалось только понять, как они это делают.

Поскольку все Прыгуны, включая Оорлов, проживали на Пьелле, там и открыли Центр Связи. Начались исследования, и всё шло своим чередом, пока Земля не забеспокоилась: проблемой занимались одни аппиры. Они и так внушали трепет и зависть своим интеллектом. Многие уже работали в институтах Земли и занимали там ключевые должности.

Чтобы восстановить баланс, решено было привлечь к работе в Центре Связи землян, в том числе и талантливую молодежь. Вот за этой молодежью Эдгар и явился. Он вместе со своей комиссией из самых разных специалистов просмотрел сотни конкурсных работ, выявляя юных гениев, желающих отлететь на Пьеллу, побеседовал с тремя десятками претендентов и отобрал семерых.

- Я вас слушаю, - сказал он Росси после почтительного приветствия.

Дядю Антонио он привык уважать и побаиваться с детства, хотя вид у того был совсем не страшный, он чем-то напоминал сытого кота. Впрочем, это была только иллюзия. Стоило бедной мышке зазеваться, и она тут же попадала к нему в когти.

- Садись, принц, - он снисходительно улыбнулся.

Эдгар не любил, когда его называли принцем. В этом было что-то от детской игры. Он не стал отвечать, присел на приготовленный для него стул по другую сторону стола и настроился на разговор. Почему-то возникло чувство, что он студент и сидит перед экзаменатором. Это было забавно после того, как он сам только что пропустил через свое сито тридцать человек.

- Скажи мне, - мягко и явно издалека начал Антонио, - по какому принципу ты отбирал этих детей?

- Они не дети, - уточнил Эдгар, - все совершеннолетние, студенты начальных курсов.

- Всё относительно, - усмехнулся Росси, - так как?

- Добровольное желание, - заученно стал перечислять Эдгар, - возраст - не старше двадцати пяти, согласие близких, согласие администрации учебного заведения, здоровье... и способности, конечно.

- И сколько было претендентов?

- Триста восемнадцать.

- Никогда бы не подумал, что нашим детям так не терпится покинуть Землю. Не странно ли?

- Их привлекает сама задача. Я, собственно, таких и отбирал, а не тех, кому просто хочется приключений или поглазеть на живого Прыгуна.

- Вот как, - Антонио приподнял одну бровь, - ты таких и отбирал: Флаяно Анхелес, Жаэль Бокко, Оливия Солла, Льюис Тапиа, Тим Торрей... шесть парней и, как ни странно, одна девушка. Почему, собственно, девушка? И почему именно эта?

Эдгар вспомнил Оливию Солла.

- Она гениальна, - сказал он.

- Ты уверен? - неожиданно хмуро взглянул на него глава Безопасности.

- Это не лично мое мнение, - ответил Эдгар, - я не настолько компетентен в науках, чтобы решать такие вопросы самому.

Росси нахмурился еще больше.

- А что-нибудь еще повлияло на твой выбор?

- Что вы имеете в виду?

- Ну, мало ли гениальных... Скажи, не было ли каких-нибудь субъективных причин? Может быть, она еще и красива? А?

- Она? - Эдгар усмехнулся, - я бы не сказал.

Оливия Солла была слишком умна, чтобы думать о красоте. Вряд ли она вообще замечала, на что она похожа. К Эдгару в кабинет вошло нечто бесформенно тучное в мешковатом платье, мужских ботинках на толстой подошве, которые только и могли выдержать вес огромного тела, с немытыми и растрепанными и, возможно, даже собственноручно обстриженными волосами.

Похоже, эта умница даже не знала, что на Земле существуют парикмахерские, ателье, косметические салоны и всевозможные средства для похудания. Ей это было ни к чему. Впрочем, природа все-таки сжалилась над ней и подарила ей прекрасные карие глаза, в которых была не наивность и жажда чуда, как и положено семнадцатилетней девочке, а нечто жутко глубокое и серьезное. Взгляд ее был таким же тяжелым, как ее подбородок.

- Чем вам, собственно, не нравится Оливия Солла? - насторожился Эдгар.

- Всем, - недовольно ответил Антонио, - во-первых, ей еще нет восемнадцати...

- Да. Ей еще нет. Но она опережает своих сверстников и учится на третьем курсе. Она нам подходит, и я сделал для нее исключение. И это еще не причина натравлять на нее вашу Безопасность. В конце концов, возрастной барьер устанавливали мы сами.

- Как мы любим нарушать свои же правила! - фыркнул Росси, - но ты прав, дело, конечно, не в возрасте. Дело в ней самой. До тех пор, пока ты ее не выбрал, мы были спокойны. Но теперь ситуация настораживает.

- Почему?

- Видишь ли... Оливия Солла - одна из немногих, уцелевших после аварии в колонии «Меркурий-2». С ней это случилось в пятилетнем возрасте. Там погибли все ее родственники, тогда мало кто остался жив. И все бы ничего, но при тщательном медосмотре выяснилось, что девочка - не землянка. Она аппирка. Видимо, потому и гениальна.

- И из этого вы делаете панические выводы? - удивился Эдгар, - возможно, семья удочерила аппирского ребенка, сейчас это модно, и скрывала это ото всех, в том числе и от девочки.

- Модно! Черт бы вас побрал, - выругался Антонио, - всё перепутали! Попробуй уследи за всеми!.. Между прочим, если она аппир - какой смысл везти ее на Пьеллу? Идея-то как раз в том, чтобы разбавить аппирских исследователей землянами.

- Формально она землянка, - недовольно сказал Эдгар, ему вообще не нравились все эти расистские дрязги в ученом мире, - мне этого достаточно. Пусть летит. И пусть исследует.

- И ты считаешь, - продолжил Антонио, - что это просто совпадение, что они ее удочерили, что все ее близкие погибли, и некому ее опознать, что эта девочка уцелела каким-то чудом, что она гениальна, что она занимается проблемой телепортации и связи, и что она, наконец, летит на Пьеллу?

- Считаю, - уверенно сказал Эдгар, - я же ее смотрел. Никаких коварных планов она не строит, уверяю вас. Обыкновенная заумная девчонка.

- Ты пойми, - устало взглянул на него Росси, - я в этом кресле больше полувека. Я нутром чую подвох. И мне это не нравится, Эд. Совсем не нравится.

Эдгар не привык, чтобы сомневались в его способностях. Недоверие Антонио его задело.

- Вам нечего опасаться, - заявил он раздраженно, - как вы думаете, почему за этими ребятами отправился именно я? Мне что, делать больше нечего?.. Но раз уж я здесь, то, разумеется, я вошел в каждого и проверил. Все невинны как овечки. Можете спать спокойно, господин Росси.

- Эд, - покачал головой Антонио, - я не ставлю под сомнение твои экспертные способности, я просто хочу сказать, что за девчонкой нужно следить и не допускать ее к особо секретной информации. Она и сама может не догадываться, что из себя представляет.

- Так можно подозревать любого.

- Можно. Льюис Тапиа мне тоже не нравится.

- Льюис? - Эдгар усмехнулся, - этот-то чем не угодил нашей Безопасности? Совершенно идеальный парень, на уме одни формулы и спорт. Красавчик, скромен, краснеет как девица, из вредных привычек только одна - стихи пишет. Может, вас не устраивает, что он тоже сирота? Мне наоборот казалось, что одиноким легче покидать родную планету.

- Мне не нравится, - строго посмотрел Антонио, - история со смертью его матери.

- Что это за история?

- Она была убита.

- Как убита? - Эдгар изумился, он привык думать, что на Земле такое практически не случается.

- Хладнокровно, - сухо ответил Антонио, - задушена в собственной квартире.

- Кем?

- А этого никто не знает.

Повисла напряженная пауза.

- Бедный парень, - искренне огорчился Эдгар, - а отец?

- Его отец погиб еще в раннем детстве: пожар в отсеке звездолета. Здесь как будто нет ничего подозрительного.

- Понятно... это, конечно, темная история, но мальчик-то здесь при чем? Не мог же он задушить собственную мать? Да и было ему тогда... - Эдгар взглянул в дело Льюиса, - девять лет.

- Мальчик ни при чем, - согласился Росси, - мне подозрительно только, что он воспитывался в том же интернате, что и Оливия. И теперь они оба летят на Пьеллу.

- Вот уж тут ничего подозрительного нет, - усмехнулся Эдгар, - именно поэтому я и взял их обоих. Парень, конечно, способный, но можно было выбрать и другого. Но...

- Что «но»?

Он вспомнил, как напряженно смотрела на него толстушка Оливия своими карими глазами. Она знала, что сейчас он принимает решение, но не знала, что в эту минуту он становится ею. Эдгар сосредоточился, он вошел в нее с привычной точностью, не переставая при этом листать списки, и понял... что влюблен, что он совершенно растерян и несчастен оттого, что с ним, то есть с ней, Оливией, внезапно произошло. Некрасивая, толстая девчонка влюбилась в прекрасного юношу, Льюиса, друга детства. Больше чем на дружбу она рассчитывать не могла, она это прекрасно понимала, но в душе было полное смятение и тоска.

Эдгар расслабился и посмотрел на Оливию уже с некоторым чисто мужским любопытством. Безответная любовь делает любую женщину необыкновенной и загадочной. «А не все еще потеряно», - с сочувствием подумал он, рассматривая ее толстые руки с коротко обстриженными ногтями», - при ее силе воли она вполне сможет стать стройной, при ее уме науку моды она осилит в два счета, а глаза у нее и так обалденные. Ну, Льюис Тапиа, держись, тихоня!»

- Не волнуйся, тебя я возьму, - улыбнулся он.

- А Льюиса? - с тревогой спросила она.

- И Льюиса.

Тогда она тоже улыбнулась в свои толстые щеки, но глаза остались мрачными...

Росси ждал пояснений.

- Понимаете, - сказал Эдгар, - они друзья детства: Льюис и Оливия. У обоих нет родителей. Не хотелось бы их разлучать. Вот и весь секрет.

Маленькую тайну Оливии он не выдал.

 

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32  

Комментарии