Дороги Малого Льва

На следующий вечер он отправился искать свою дочь сам. Половину Счастливой улицы Льюис уже проверил. Вторая половина досталась ему. Куда он и отправился ближе к полуночи.

Страха за Одиль у него не было. Девчонка сама могла нагнать ужаса на кого угодно, будучи и Прыгуном, и вампиром одновременно. Ее детская наивность компенсировалась совершенно не детским, трезвым умом. Любить такое существо было очень трудно, и беспокоиться о нем не стоило.

Ольгерд знал, зачем поплелся на Счастливую улицу. Ему просто хотелось напиться. Он устал быть богом, устал быть полпредом и верным мужем. Его неудержимо тянуло на самое дно.

Вид у него был соответствующий: вытертые джинсы, полинялая оранжевая футболка и дешевая кепка. Непогрешимый полпред заходил в каждый задымленный подвальчик, выкуривал там по сигарете, выпивал по бокалу возрастающих по крепости коктейлей и расспрашивал про высокую тоненькую девушку с золотыми кудряшками.

Язык уже заплетался, когда он добрел до вывески «Аромат рая». Там было непривычно тихо, чистенько и уютно. Столиков было всего четыре, а свободных мест только одно, рядом с тремя девицами. Туда он и сел, точнее почти рухнул.

Девицы пили кофе и смотрели на него, посмеиваясь.

- Какой красавчик... откуда тебя занесло?

- Вы не видели тут девушку... - начал он устало.

- А мы тебе что, не годимся? Девушку ему! Тут целых три девушки!

Они все были как будто на одно лицо, глазастые, взлохмаченные по последней моде, с яркими, пухлыми губами. Он решил выбрать какую-нибудь одну и запутался. В голове шумело, а на душе было по-прежнему гнусно.

- У вас тут «Парашютиста» наливают?

- Здесь только кофе.

- Только кофе?

- Ну да, а ты что думал?

- Что это за дыра в таком случае?

Как полпред, он прекрасно знал, что без спиртного любая лавочка здесь обанкротится моментально.

- Аромат рая, - сказали ему весело.

- Понятно...

Подошла миловидная блондинка в спортивном костюме и вежливо улыбнулась.

- Что будете заказывать?

- Спиртного нет? - уточил Ольгерд.

- Нет. Есть кофе и пирожные.

- Тогда кофе.

Девушка посмотрела на него так внимательно, словно делала рентген своими голубыми глазками.

- Двойной?

Время было позднее, усталость накопилась, сон надо было прогнать.

- Двойной, - выдохнул он.

Она просияла и понимающе кивнула. Потом он уже плохо понимал, что с ним происходит. Кофе оказался каким-то странным на вкус, к его аромату примешивался запах лекарства. И все бы это было ничего, если б его не затошнило. Ольгерд понял, что перебрал основательно, что нельзя смешивать «Сладкие грезы», «Водоворот» и земную водку, тем более, после долгого перерыва.

Перед глазами все поплыло, изменился вдруг цвет светилен, раздвинулись стены, переместились столики, соблазнительно похорошели взлохмаченные девицы. Он как будто оказался в другом пространстве.

- Я тебе нравлюсь? - вцепилась в него одна своими горячими пальцами.

- Конечно, - сказал он.

- А я? - уставилась другая.

- И ты.

- Он в «белой сирени», - заявила третья, его на всех хватит.

«Почему бы и нет?» - подумалось ему, но тошнота стала уже невыносимой.

- Ждите, - поморщился он и направился к табличке с надписью «туалет».

Дверь оказалась закрыта. Ольгерд тупо подергал ее, потом, наконец, смирился с участью и прислонился к стене.

- Говорю тебе, это бесполезно! - донеслось с кухни хриплым мужским голосом под звуки льющейся воды, - ты сама знаешь, как связываться с таможней!

- Это не мое дело, - ответил женский голос, - за доставку отвечаешь ты, Хон.

- Я! Да откуда я знал, что они полезут именно в этот контейнер!

- Должен был знать.

- Вероятность облома есть всегда. Ты это тоже должна знать, Сандра. Так случилось, что наш ящик проплыл мимо.

- И что нам теперь делать?

Ольгерд стал что-то вспоминать про контейнер для волков и возмущенного Фальга, но тут же обо всем этом забыл, как только открылась дверь туалета...

Утром он долго не мог понять, где находится. Солнце ласково пробивалось сквозь желтые занавески, и это было единственным приятным моментом осознания. Вокруг был сплошной бардак после ночной оргии с тремя девицами. Его тело лежало на одном из двух диванов и как будто еще не остыло от возбуждения, в голове тоже не очень прояснялось.

Ольгерд сел и огляделся. Его джинсы валялись в одном углу, футболка в другом, ботинки - в третьем. На столике в солнечных лучах красовались заляпанные губной помадой фужеры, бутылка «Сладкой тины забвения» и пепельница, забитая окурками. Ночью все это смотрелось как-то иначе.

Его сладострастные подружки исчезли. Он остался один и уже забыл, как они выглядели. Потом в комнату вошла какая-то женщина и стала деловито убираться, не обращая на него внимания. Ольгерд не мог вспомнить, была она одной из этих трех или нет?

- Проснулся? - наконец спросила она, собрала из разных углов его одежду и швырнула ему на одеяло.

- Не совсем еще, - признался он.

- Неужели? - женщина усмехнулась.

Глаза у нее были серо-синие, холодные, такого же цвета был прозрачный халатик.

- Я спал с тобой или нет? - спросил он, рассматривая ее грудь под этим халатиком, - я что-то не помню.

- Нет, - равнодушно ответила она, - я не по этой части.

- А-а, - кивнул он, - ты уборщица?

- Почему уборщица? Я хозяйка.

- Борделя? - уточнил он презрительно.

- Кофейни, - резко ответила она, - хотя и уступаю иногда свою комнату по дружбе. Вставай, мне надо убираться.

Ольгерд еще не протрезвел и видел только ее красивую грудь под халатиком.

- Я хочу тебя, - сказал он прямо.

- И меня тоже? - усмехнулась она.

- Подождет твоя уборка. Иди сюда.

- Ты что, не понял? Я не по этой части.

Ольгерд уже осознавал, где находится: в аппирском квартале на Счастливой улице. На самом дне.

- Я заплачу, - предложил он.

Предложение показалось ей почему-то забавным.

- Что-то меня все хотят купить в последнее время! Даже вместе с моей кофейней.

- Зачем мне твоя кофейня... Я хочу тебя и заплачу, сколько хочешь. И чем хочешь.

- До чего все одинаковые! Лучше посмотри в свой бумажник. По-моему, ты уже расплатился за все сполна: И за ночлег, и за любовь, и за угощение.

Ольгерд посмотрел на пол. Бумажник и правда в раскрытом виде валялся между ботинок. Ни денег в нем не было, ни кредитной карточки.

- Вот так, - усмехнулась хозяйка, - разбирайся теперь сам. Меня ваши дела совершенно не касаются.

Почувствовав себя полным да еще и обворованным идиотом, он вздохнул и поднял на нее глаза.

- Чашку кофе хоть нальешь? В долг?

- Бесплатно налью, - великодушно заявила она, - я добрая.

Она стояла над ним как королева, гордая и независимая хозяйка крохотной кофейни. Ему показалось в тот момент, наверное, спьяну, что это не аппирка со Счастливой улицы, а настоящая земная женщина.

- Ты землянка? - спросил он с изумлением: землянке нечего было делать в этой вампирской дыре.

- Нет, - холодно отрезала она, - местная.

- Странно...

- Ничего странного.

- Как тебя зовут?

- Какая тебе разница?

Ольгерд почему-то не мог оторвать от нее взгляда. Казалось, в ней не было ничего особенного, кроме ее такой демонстративной независимости и холодных глаз.

- А я приду еще, - сказал он, - ты мне нравишься.

- А ты мне нет, - заявила она презрительно, - терпеть не могу таких типов.

- Каких? Ты же меня совсем не знаешь.

- Я видела достаточно.

- Что ты видела?

- Всё.

- Так ведь это все неправда...

- Что неправда? Что ты роскошный самец в «белой сирени» да еще при деньгах? В свое время я сама таких любила... А теперь меня от них тошнит. Одевайся, нечего тут демонстрировать мне свои мускулы.

- Ну знаешь... - слегка смутился Ольгерд от такой проповеди, - ты тоже не в скафандре.

Халатик ее и правда был совсем прозрачный. Строгая хозяйка вспыхнула, но тона не сменила.

- Я у себя дома, - заявила она, - в чем хочу, в том и хожу.

Взяла со стола пустую бутылку с пепельницей и удалилась. Со спины она ему тоже понравилась.

Он оделся и вышел в зал, смутно припоминая, что же было тут вчера. Подходя к туалету, отчетливо вспомнил разговор про ящик на таможне, но мысли все еще путались, и он не мог увязать концы с концами.

Посетителей пока не было. Хозяйка мыла пол. На столике у дверей дымилась чашечка кофе, рядом лежало пирожное с розовой розочкой.

- Это твой завтрак, - кивнула она в ту сторону.

- Спасибо, - сказал он безрадостно, солнечное утро было отравлено совершенно гнусным состоянием пустоты и отвращения к миру.

Хрупкая женщина в синеньком халате стояла посреди зала со шваброй в руках и терпеливо ждала, когда он поест и уберется из ее ароматных владений. Она ему чем-то нравилась, такая же дерзкая и независимая, как Алина, его первая любовь. Досадно было, что все началось как-то сумбурно, спьяну и не с нее, а с каких-то трех одинаковых девиц, до которых ему и дела нет.

- Ну что? Выгоняешь? - спросил он, покончив с завтраком.

- А тебе что, делать нечего?

- Да дел-то полно...

- Ну, так и ступай. И мне не мешай.

- Как тебя все-таки зовут?

- Сандра. Доволен?

- Так ведь это земное имя!

- Это аппирское имя. Самое обычное. Просто вы, Странные, в этом ничего не понимаете. У вас свои имена.

- Да, у нас свои... - пробормотал он удивленно.

Он в первый раз слышал, чтобы Прыгунов называли Странными. Или его приняли за кого-то другого?

- Ну, иди же, что ты встал как столб? Мне на твою красоту любоваться некогда.

- Да? А я бы на тебя еще полюбовался.

- Видно тебе и в правду делать нечего.

Ольгерд понял, что задерживаться в этой солнечной кофеенке больше нет никакой возможности. Его бурное ночное приключение подошло к неумолимому концу, и надо было возвращаться в прежнюю жизнь.

- Вот тут ты не права, - вздохнул он, надвинул кепку на лоб и шагнул за дверь, на сонную и утомленную ночным разгулом Счастливую улицу, - спасибо за приют, Сандра!

 

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27  

Комментарии