Бета Малого Льва

Тропинка вдоль берега была посыпана сосновыми иголками и поросла черничником, справа, сквозь стволы виднелась водная гладь с летящими по ней парусами.

- Знаешь, я даже рада, что ты с нами не летишь, - сказала Ингерда, - мне и на Земле-то с тобой трудно, а в космосе и подавно.

- Твой отец безумец, - сухо заметил Ясон, - я бы на его месте вообще не брал женщин в это прокаженное место. Тем более родную дочь. Он потерял жену. Он потерял сына. Неужели ему мало?

- Ты рационален до тошноты, - фыркнула Ингерда.

- А ты все порхаешь, как бабочка, - ответил он.

Она не знала, что их связывает. Любовь? Вряд ли. Она совсем не любила его, только по-прежнему хотела ему и всем остальным что-то доказать.

- Неправда. Я не такой уж плохой бортинженер. И десантные навыки у меня есть. И опыт кое-какой.

- Брось. Ты всегда летала то с отцом, то с братом. На льготных условиях. Чисто ради украшения.

- Ты все время хочешь меня оскорбить. Я не понимаю, за что.

- Мне просто не нравится вся эта затея с экспедицией. Дело же не в Ольгерде. Мы втянемся в такую волокиту по спасению этих аппиров, что самим тошно станет. Мы же добрые!

- Ты как будто переживаешь за все человечество? - усмехнулась Ингерда, - она присела к черничнику и сорвала горсть ягод, они были теплые и сладкие.

- Я говорю очевидные вещи, - сказал Ясон, - впрочем, ничего уже не исправишь. Человечество будет вытаскивать горстку этих мутантов из того дерьма, в которое они сами себя загнали. Мы были обречены на это в тот момент, когда подобрали в храме эту женщину. Даже раньше. Когда твоему брату взбрело в голову поменять маршрут. И теперь не только его корабль, но и все человечество выбивается из графика.

- Подумаешь, - пожала плечом Ингерда.

Ясон посмотрел на нее, словно споткнулся на бегу, и только покачал головой.

- Сказать тебе что-нибудь по-аппирски? - спросила она.

- Нет уж, уволь.

- Ничего-то тебя не интересует... А Конс говорит, что у меня хорошо получается.

«Удивительная женщина тетя Флора», - подумала Ингерда, - «ей удалось приручить такое чудовище, как этот Конс! А я не могу справиться даже с Ясоном, с нормальным угрюмым земным мужиком!»

- Я не хочу, чтобы ты куда-то улетала, - заявил вдруг Ясон.

- Это несерьезно, - попыталась она отшутиться.

- Это серьезно, - сказал он, - я хочу, чтобы ты осталась и вышла за меня замуж.

- Пойми, - она щурилась от солнца, - я никогда не выйду за тебя замуж. Ты никогда не изменишь меня, а я тебя. Нам хорошо только в постели, когда мы оба молчим.

- Я люблю тебя, - хмуро сказал он.

- Наверно, - вздохнула Ингерда, - только как-то безрадостно. Ты все время хочешь подрезать мне крылья, чтоб я никуда не улетела. И, наверно, ты по-своему прав...

У нее была какая-то непонятная привязанность к этому человеку. Ей было с ним тяжело, но его отсутствия она вообще не выносила. И все ждала, что рухнет какая-то стена, растает лед, прогремит гром небесный, и они увидят дорогу друг к другу и заговорят на одном языке.

Тропинка кончилась. Они вышли на стоянку модулей, ослепительно сверкающих на солнце.

- Ты хоть проводить меня прилетишь? - спросила она печально.

- Не знаю, - сказал он.

Он не прилетел. Весь экипаж отлетал через три дня в семь утра экспрессом «Земля-Плутон». Вокруг Харона крутились в ожидании корабли дальнего следования. В том числе и их «Азор-9». Состояние было взволнованное и неопределенное, как всегда перед полетом: суета Космопорта, сумки, рюкзаки, переклички, шуточки, прощальные слезы... Ей прощаться было не с кем. Подругам она позвонила. Ясон не прилетел.

Утро было хмурым. По огромному прозрачному куполу Космопорта накрапывал дождь. Отцу было не до нее, он что-то утрясал с таможней, как будто не видно было, что они люди, а не лисвисы. Потом говорил с Консом, бледным демоническим красавцем в черном плаще. Конс согласно кивал. Кто бы мог подумать, что он такой покладистый...

- Не плачь, детка, - сказала тетя Флора, - все уладится.

- Разве я плачу?

- Разве нет?

- Фло, я, кажется, начинаю ненавидеть мужчин.

- Это бывает, - улыбнулась Флоренсия, - потом проходит.

- Он даже не хочет меня проводить!

- Значит, он тебя встретит.

- Это будет нескоро, - вздохнула Ингерда.

- Знаешь, детка, - заметила тетя Флора, глядя на нее с жалостью, - жизнь, конечно, прекрасна. Но иногда надо уметь отказываться даже от самых безумных своих желаний. На самом деле это довольно просто - взять и отказаться. Когда ты поймешь это - ты повзрослеешь.

- Мне недолго осталось, - заверила ее Ингерда.

Объявили посадку. Отец вспомнил о ней, подхватил свой рюкзак и ее сумку. Свободной рукой обнял ее за плечи.

- Нам пора, - сказал он, - Оорлы отлетают.

- Как твоя нога? - спросила напоследок тетя Флора.

- Была бы голова, - отшутился он, - и командный голос.

- Ну, этого тебе не занимать.

- Прощай, Фло. Не обижай Рекса.

Звездолетчики всегда говорили остающимся «прощай». Потому что каждый из них знал, что может назад и не вернуться. Их ждал безмолвный океан космоса и узкие отсеки корабля. Прохладный лес и сладкий черничник в который раз оставались на Земле.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85  

Комментарии