Королева воскресла!


      Из кухни меня выгнали, из комнаты тоже. Меня приютила в своей каморке в подвале старая кухарка Гертруда. Я жила там нелегально и почти не выходила. Живот пока не рос, зато тошнило беспрерывно. Ничего другого, как лежать и смотреть в закопченный потолок, просто не хотелось. Еда в рот не лезла, даже фрукты, которые Гретта и Симона приносили мне с кухни. Этель ко мне не приходила, она не могла простить мне ведро, которое я забыла в королевской спальне, и за которое ей влетело.

- Молись почаще, - наставляла меня Симона, - молись, и Бог простит!

Я молилась какое-то время, потом устала. Ребенка своего, я почему-то уже любила, хотя и догадывалась, что рожу такого же маленького уродика как я. В то, что он будет похож на Зариха, я не верила, как и не верила в его счастливую судьбу. Мне уже заранее было его нестерпимо жалко.

Когда я узнала, что завтра Зарих уезжает, у меня даже ничто не дрогнуло внутри. Сердце мое окаменело от обиды. Оно стало холодным и тяжелым, носить его в груди было тяжко, но слезы меня больше не душили и горло спазмой не сводило. Уезжает, значит, уезжает...

Мы сидели с Греттой и Симоной на кровати, Гертруда возилась с маленькой печуркой и ворчала на сырые дрова. Дверь распахнулась без стука. На пороге стоял Зарих.

Мои подруги повскакали с мест, старая Гертруда кряхтя отвесила низкий поклон, только я продолжала сидеть как деревянная и кусать губы. На камзоле у него не хватало двух перламутровых пуговиц, кружевной воротник возле застежки начал отрываться, за прической своей он тоже перестал следить, и волосы отрасли почти до плеч, но от этого он стал только прекраснее.

Никого кроме меня Зарих даже не заметил.

- Это здесь ты теперь живешь?

Я молчала. Он огляделся по сторонам.

- У тебя вещи есть?

Я молчала как мумия.

- Какие там вещи, - вмешалась Гертруда, - она всё продала.

- Тем лучше, - спокойно сказал Зарих, - идем.

Я молча встала и молча вышла, ни радости не было, ни облегчения, одна всепоглощающая обида. Мы шли бесконечными коридорами, в глазах рябило от факелов, развешанных по стенам, и стук шагов гулко отзывался под потолком.

У себя в кабинете Зарих усадил меня в кресло и положил передо мной на заваленный бумагами стол туго набитый кошелек.

- Здесь пять тысяч. Купишь дом, наймешь прислугу. На год хватит, а потом я приеду. Ну? Что ты молчишь? Что случилось?

Действительно, что случилось? Ну, забыл на два месяца, так ведь дела! Что я понимаю в его государственных делах!

- Жанет, скажи что-нибудь. Ты слышишь меня?

Я его слушала и не слышала. Обида застилала мне глаза и затыкала ватой уши, лимонной кислотой сводила челюсти и тисками сдавливала горло. Я молчала.

Зарих долго всматривался в меня, потом нервно заходил из угла в угол.

- Ну, знаешь! Это уж слишком! Опомнись, война на дворе! Мне только и забот, что разыскивать тебя по всем подвалам...

Я смотрела на него исподлобья как маленький упрямый ослик.

- Не молчи, я тебя прошу, мне и так тошно.

Он говорил со мной как со служанкой. Со служанкой, которой барским жестом бросил пять тысяч золотом. Если бы тут сидела его ненаглядная Юлиана, он не метал бы в ее сторону недовольные, хмурые взгляды, а давно сидел бы у нее в ногах как преданный пес!

Я молча встала, чтоб уйти. Не знаю, что мною двигало, какая-то слепая темная сила, не иначе. Он поймал меня на полпути и властно развернул к себе лицом.

- Ты что, уходишь?!

- Отпустите, - сказала я наконец не своим, равнодушным каким-то голосом.

- Не выдумывай!

Зарих держал меня крепко и целовал как самый пылкий любовник, но меня уже ничто не могло разбудить, губы мои были холодны, кожа не горела, и сердце радостно не падало в бездонную пропасть. Я стала как бревно, и ни один мускул в моем теле не отозвался на его прикосновение. Скорее я сдвинула бы огромный мельничный жернов, чем избавилась от своей всеподавляющей обиды, которая была сильнее разума, сильнее страха, сильнее тщеславия и сильнее любви!

Обида! Страшная черная птица с острым клювом и цепкими когтями! Ничего мне уже не надо, я ни во что не верю, Зарих, ты слишком долго не приходил! Ты и сейчас меня не любишь, тебе меня просто жаль... Да пусть я потом погибну, и мой ребенок погибнет вместе со мной, пусть я буду потом выть и кусать локти, но хоть раз в жизни хлопнуть дверью!..

- Пусти! Ничего же не получится! Ничего!

Он уже понял. Он отпустил.

- И деньги мне твои не нужны, - сказала я дрожащим голосом, - обойдусь как-нибудь.

- Та-ак, - усмехнулся он, - кажется, прекрасная дама меня отвергла?

- А ты не веришь, что такое может быть?

- Не сходи с ума, Жанет. Ты будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Ты ведешь себя как триморская царица.

Он провожал меня усталым и насмешливым взглядом. Он не принимал меня всерьез, ни мою обиду, ни мою любовь, ни мою гордость.

- Иди, Бог с тобой...

В темноте коридора я опомнилась, меня как будто завернули в холодную мокрую простыню. «Что же я наделала?!» Впрочем, возвращаться назад было уже ни к чему. «Вот и всё, вот и всё...» - стучало у меня в голове в такт шагам. Других мыслей не было.

Гертруда только покачала головой, когда я вошла, но ни о чем не спросила. Я долго, почти всю ночь лежала без сна, крутилась на жесткой кровати и мяла подушку. Проснулась потом поздно и каким-то шестым чувством поняла, что Зарих уже далеко. Его нет и больше не будет, или меня не будет. В любом случае мы с ним больше никогда не встретимся.

- Встала?

Гертруда сидела за столом и штопала чулок. Перед ней в медном бидоне стоял огромный букет роз, запах от них доходил даже до моего темного угла.

- Откуда это?!

- Это тебе.

- Мне?..

- И кошелек тебе... Я уже дала Гретте один дорлин, чтобы молока купила и сметаны.

Я подошла босиком, наклонилась над букетом, проклиная себя, бестолковую заносчивую дуру, ненавидя себя и презирая. Неужели так трудно было просто улыбнуться и обнять его? И любить его, ничего взамен не требуя, и сказать, что я буду ждать его, куда бы и насколько бы он ни уехал!

Розы от моего дыхания очень быстро превратились в жалкий засохший веник. Такое уже было однажды.

- Я проклята Богом, - сказала я обмершей от испуга Гертруде, - даже цветы меня не выносят...


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37  

Комментарии