Королева воскресла!


      В спальне королевы Юлианы было пусто. Я добросовестно возила тряпкой по полу, подбираясь к тому месту, где стояла на трюмо моя ваза. «Это не воровство», - говорила я себе, - «это мои деньги, если они там еще лежат!» Я так волновалась, что даже тошноты не замечала. «А если их там нет? Идти на поклон к матери? Или, может, рассказать Зариху? Ну, уж, нет! Нужен ему твой ребенок! Он о тебе и думать забыл, уродина несчастная! Разве он упомнит всех своих служанок?.. Он любил тебя до утра как принцессу, а большего он и не обещал!»

Шаги послышались внезапно, порывистый и звонкий стук каблучков о паркет. Я едва успела отскочить за выступ камина, мне никак нельзя было сталкиваться с королевой, которая меня сразу узнает.

Она упала на кровать. Сразу, с разбегу. И зарыдала! Она каталась по кровати и выла как раненная тигрица, эта прекрасная, беспощадная королева. Ее медные волосы метались по подушке как всполохи огня, тело страстно выгибалось, руки хватали и комкали одеяло. Ей было чудовищно плохо, и на какую-то минуту мне стало ее даже жаль, но потом я вспомнила Лили, Корби, Молли Моури, настоящую Юлиану, наконец, себя, сброшенную с моста, и всё во мне восстало против этой женщины. Она заслужила свои мучения.

Пока она выла и кусала подушку, мне удалось прошмыгнуть к окну за занавеску. Правда, ведро стояло на самом видном месте, но ей было не до ведра!

Потом вошел слуга и сказал, что ее хочет видеть Зарих. Она мгновенно взяла себя в руки и села.

- Пусть подождет пять минут!

От слез не осталось и следа. Королева стремительно подбежала к зеркалу, схватила пудреницу, потом румяна... потом кинулась к шкафу, сбросила с себя всё и надела роскошный шелковый халат, отороченный лисьим мехом. Как же она хотела ему нравиться!

Когда он вошел, эта лже-Юлиана лениво возлежала на своем пышном ложе, словно только что проснулась. Халат небрежно спадал со смуглого точеного плеча, волосы ниспадали на другое плечо в ослепительном беспорядке.

Зарих на эту красоту внимания не обратил. Он был хмур и озабочен.

- Моя венценосная мать, кажется, проснулась?

- Мой прекрасный сын, кажется, соизволил меня навестить?

Она протянула ему руку для поцелуя, но он только усмехнулся и не двинулся с места.

- Зачем пришел? - спросила она нахмурившись.

Зарих протянул ей лист бумаги.

- Подпиши.

- Что это?

- Условия барона Оорла.

Королева быстро прочла и покачала головой.

- Он слишком много хочет!

- Да. Но без него мы белогорцев не одолеем. И он это знает.

- Всё равно это слишком много! Он хочет отобрать у меня почти полкоролевства, твой барон!

- Если ты не подпишешь, ты потеряешь всё королевство. Главное - победить, а с бароном я потом разберусь. Подписывай.

Она свернула бумагу в трубочку и протянула Зариху назад.

- Нет, мой дорогой, так дела не делаются.

- Это как понимать?

- Это так понимать, - она засмеялась короткими смешками, - что сейчас ты наконец сделаешь то, что я хочу. Потому что ты никуда не денешься без этой бумажки! И я не подпишу ее до тех пор, пока своего не добьюсь!

- Опомнись, несчастная, - усмехнулся Зарих, - если я сейчас плюну и уйду, ни тебе, ни твоей стране не продержаться больше двух месяцев.

- Ты не уйдешь, - сказала она, - никуда ты не уйдешь. Я наконец нашла твое слабое место, мой прекрасный сын. Ты не плюнешь на свою дорогую Лесовию.

Я думала, его сейчас затрясет от злости, но он только тяжело вздохнул.

- Как я от тебя устал!

- Ты же такой искусный политик, Зарих! - усмехалась она, - ты прекрасно знаешь, как добываются нужные бумаги... вон их у тебя сколько! А чем я хуже какой-то триморской великой княжны? Или дочери этого купца... как ее? Кажется, Матильды? А перекупать слуг и делать из них шпионов, по-твоему, более нравственно, чем уступить женщине?

- Твоя осведомленность в моих делах безгранична.

- Ну, так и не строй из себя святошу!

Потом я не поверила собственным ушам.

- Ладно, мне некогда с тобой препираться, - спокойно сказал Зарих и расстегнул камзол.

Королева, похоже, тоже не ожидала, что он так запросто согласится. Она на время потеряла дар речи и только поворачивала вслед за ним голову. Зарих снял рубашку, потом невозмутимо вытащил королеву из халата и опрокинул на подушки.

- Красивое у тебя тело. Я красивей не видел. Сколько ты заплатила за него?

Она только застонала, не то от тоски, не то от удовольствия. Я надеялась, что он будет с ней груб и насмешлив, но он был добросовестно ласков, эта похотливая мартовская кошка получила от него сполна! Я затыкала уши от ее грудных, похожих на звериный вой, криков и жмурилась от тошноты! Лучше б меня сожгли на медленном огне!

- Всё равно ты мой, - бормотала она, ползая по нему и покрывая всё его тело беспорядочными жадными поцелуями, - я не позволю, чтобы другая женщина целовала тебя, прижималась к твоей груди, гладила твои золотые кудри... ты весь мой, я родила тебя и никому не отдам! Скажи, любил тебя кто-нибудь так как я? Ласкал тебя кто-нибудь так, как я? Ни одна женщина не сделает для тебя столько, сколько я! Скажи, чего ты хочешь? Только скажи! Чего?

- Верни мне Юлиану.

Королева отскочила, как ошпаренная, сначала замахнулась, чтоб ударить его, потом эту же руку сунула себе в рот и прикусила. Зарих сел и начал медленно одеваться. Она не шевелилась, так и сидела как статуя из желтого дерева и следила за ним.

Он протянул ей бумагу и перо.

- Подписывай.

Она подписала безоговорочно, а потом, когда за ним закрылась дверь, ходила по спальне, тихо всхлипывая и подвывая словно побитая собака.

Выбраться мне удалось, когда она ушла в другую комнату. Забыв про вазу, и про деньги, и про ведро с тряпкой, я выскочила в коридор, потом во двор, потом во дворцовый парк, за пруд, к тому огромному дубу, теперь уже желтому и почти облетевшему, где он обещал любить меня как принцессу.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37  

Комментарии